Вероятно, с того самого времени, когда человек начал задумываться о смысле происходящего вокруг него и о самом себе, наиболее таинственное явление в мире для него — он сам. Уже на очень ранней ступени общественного развития человек начинал осознавать свою исключительность.

Перед ним неизбежно возникли вопросы: кто он такой? почему он есть? каково его место в мире? в чем его предназначение? каким он должен стать с течением времени? Возникает и множество других вопросов, на которые пытались дать ответ самые выдающиеся умы человечества. И все же тайна человека остается тайной. И такие вопросы и снова задаются и будут задаваться до тех пор, пока будет существовать на Земле человечество.

Попытка ответить на эти и подобные им вопросы составила внутренний импульс классического философствования, очертив его границы и возможности вне зависимости от успехов исследования устройства человеческого тела.

Если в феномене человека есть нечто зависимое от случайности устройства его тела, то эти зависимости составляют предмет не философского, а какого-то другого, например биопсихологического, исследования типа как http://www.astarter.ru/starters.aspx - що це такэ?

Человек стоит в центре современных общественных событий. Без радикального совершенствования человеческих качеств невозможно решение глобальных проблем, стоящих перед обществом. Неслучайно все науки о человеке, изучающие его биологическую специфику и социальную природу, культуру, объединяются в систему комплексного человековедения.

Различая человека и животное, философское сознание превращает это различие в метод исследования. Дело здесь не в констатации того очевидного факта, что, с одной стороны, существуют люди, а с другой — звери и нельзя их путать. Ни один философ не сомневался в том, что в человеке есть что-то от животного. Но, понимая это, философия интересовалась и другим, тем, что в человеке от человека. Ведь даже "животность" в нем может быть понята как отсутствие человеческого. Т.е., отличив одно от другого, мы обязаны само это различие видеть и понимать в терминах, скажем, одной сущности, а не разных. И тогда методы нашего мышления будут диалектическими, а не эклектическими.

На первый (и довольно основательный) взгляд человеческое в человеке связано с жизнью знания и субъективной деятельностью. Животные сами себя не знают, и в этом их преимущество. Они не живут по принципам, но они и не делают глупостей.

В мировоззренческом плане философия обосновывает определен¬ное решение вопроса о месте человека в мире, его предназначении, природе и сущности. В методологическом плане она создает оптимальную cтратегию комплексного изучения н совершенствования человека Один ко в разных философских течениях позиции по этим вопросам только различны, но порой и противоположны.

Так, субъективный идеализм замыкает человека в его внутреннем мире, отрывает от объективных основ бытия, сводит его жизнь к произвольному или условно-конвенциональному упорядочению комплекса ощущений.

Материализм исходит из примата объективной реальности и видит назначение человека в ее познании и преобразовании.

Объективный идеализм рассматривает человека как особое, самое главное творение Бога, предназначенное вернуть в его лоно отпавший от него и погрязший в грехе и раздорах материальный мир.

Дуализм постулирует двойственность человека, его параллельное существование в несводимых реальностях, которые И.Кант назвал "миром свободы*'. В первом случае человек подчиняется законам природы, живет как существо материальное, во втором — как существо идеальное, обладает абсолютной свободой выбора и за этот выбор несет полную ответственность.Нетрудно заметить, что во всех этих подходах содержатся как ошибки, так и (в той или иной мере) рациональное зерно.

Диалектический материализм в своей концепции человека синтезировал положительные моменты других философских учений, развил общематериалистическую идею детерминации человека объективной реальностью, показал единство его природной и социальной обусловленности. Эта концепция была дополнена развивающейся в рамках идеализма идеей человеческой активности, деятельности.

Однако диалектический материализм в своем современном состоянии на пути создания действительно целостной концепции человека не преодолел еще ряда существенных недостатков. Прежде всего в нем пока силен абстрактный социологизм, сводящий индивидуальность, ее уникальность к обшеродовой социальной сущности. Отсюда вытекает явно недостаточное внимание к человеку как космическому, а не только социальному существу и к его внутреннему миру. На практике это выражается в "остаточном принципе" ко всему, что выходит за пределы экономики и политики, а также во взгляде на человека в лучшем случае как на фактор общественного развития.

Что же следует учитывать в разработке современной философской концепции человека? Во-первых, человека следует рассматривать не с позиций абсолютного примата объективной или субъективной реальности, не как существо, сполна детерминированное наличными, конечными природными и социальными факторами, не только как функцию бесконечной субстанции, а с позиций единства объективного и субъективного, конечного и бесконечного. Соответственно и предназначение человека предстанет как стремление к единству и гармонии.

Во-вторых, субстратные уровни человека (природное, общественное, внутренний духовный мир) не следует противопоставлять друг другу или абсолютизировать. Сущность человека не в одном из них, а в противоречивых и постоянно гармонизируемых отношениях между ними, что и определяег характер человеческой целостности.

В-третьих, каждый из этих уровней должен быть раскрыт более глубоко. Природное и человеческое не сводятся к непосредственно биологическому. Они содержат в себе бесконечность Космоса.

Представители русского космизма (от его философских истоков в идеях В.Соловьева и Н.Федорова до естественнонаучных интерпретаций у К.Э.Циолковского, А.Л.Чижевского, В.И.Вернадского) рассматривали человека именно как космическое существо.

Социальное нельзя сводить к наличным общественным отношениям. Оно должно включать в себя бесконечность культурно-исторической памяти. Внутренний духовный мир человека следует рассматривать не только как функцию внешний условий, но и как особую, относительно самостоятельную реальность. Ведь нематериальное тоже реально!

Итак, мировоззренческий подход к познанию требует ряссмотрения его как целостного единства, в котором все стороны взаимодействия выступают как необходимые моменты, а методологический ориентирует на изучение и создание условий для формирования человека как целостности, а не как разрозненной совокупности проекций, отвлеченных начал. Это в свою очередь позволяет сделать важнейший вывод о том, что ни человек по отношению к миру, ни мир по отношению к человеку не выступает только как средство или только как цель: и человек и мир самоценны и служат друг другу.

Антролосоциогенез. Как обезьяна стала человеком? Существует множество различных гипотез. Их общая суть в том, что предки человека оказались неприспособленными к резко изменившимся условиям обитания, плохо защищенными от хищников. В условиях обычной эволюции выход изтакой ситуации могбыть двояким: либо гибель неприспособленного вида, либо благоприятная мутация (например, резкое увеличение массы тела и физической силы). ведущая к образованию нового вида.

Однако появление человека оказалось третьим вариантом, получившим название антропосоциогенеза. Возник не просто новый вид, но принципиально новый способ существования. Переход от биологического к социальному взаимодействию со средой был условием выживания наших предков, явился базой решения противоречия между изменившимися условиями среды и их недостаточной биологической приспособленностью к этой среде.

Для такого скачка предки человека имели необходимые биологические предпосылки: уникальный мозг, способный не только к условно-рефлекторной, но и конструктивной, творческой деятельности; прямохождение, освободившее передние конечности; развитую кисть руки, способную совершать трудовые операции; гортань, издающую членораздельные звуки.

Труд, мышление и речь предчеловека были в стадии возможностей и спасли его в той проблемной ситуации, в ккоторой он оказался. Образно говоря, он был подготовленным к тому, ч той мять li руки палку или камень, удлинить таким образом свои ипигчиснти. Он увеличил свои возможности искусственным путем. О не просто приспособился к природе, но перешел к ее преобразованию, к труду.

Примитивный "труд" имеет место и у животных: птицы вьют гнезда, бобры делают плотины, пчелы — соты, но все это делается по наследственно заданным программам. Бобры не могут освоить искус-»ino пчел и наоборот. И лишь человек впервые начинает создавать не только вещи, но и их идеальные проекты, а также средства преобразования (технику), которые не даны ему от природы. Его трудовая деятельность и разум связаны неразрывно, одновременно появляются и затем постоянно совершенствуют друг друга: от создания каменного скребка до роботов и ЭВМ.

Становление способности к осмысленному, усложняющемуся труду преобразует и характер человеческого потребления, которое перестает быть раз и навсегда определенным биологическими возможностями вида. Лиса и заяц никогда не смогут обменяться потребностями. У человека же " сама удовлетворенная первая потребность, действие удовлетворения и уже приобретенное орудие удовлетворения ведут к новым потребностям, и это порождение новых потребностей является первым историческим актом" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.З. С.27). Более того, норма наших потребностей не задана абсолютно природой," а носитконкретно-историческийхарактер, определяется типом нашей общественной жизни.

Коллективный труд, основанный на применении искусственно созданных орудий и необходимых знаний, распределение его продуктов — все это изменяло и характер человеческого общения. Стадные животные потребляли природу, приспосабливаясь к ней. Информация, которой они обменивались (приближение опасности, определение места в иерархии и т.п.), стандартна и минимальна. Люди же нуждаются в достаточно сложных и постоянно развивающихся средствах организации своей совершенствующейся совместной жизни. Их общение не запрограммировано природой. Средством организации совместных действий, хранения и передачи знаний, выражения норм общения (обычаев, норм морали и т.д.) становится язык.

Так появляется человек — существо, способное к труду, социально-детерминированному потреблению и общению на основе деятельности сознания, разумного отношения к действительности.

Жизнь людей, общества основана на стремлении человека стать че-ловеком. В этом стремлении люди создают не стадо, а общество. В обществе мы находим социальное, а в человеке человеческое, и заменить одно другим нельзя. Между тем проблема биосоциального ориентирует нас на то, чтобы в обществе мы искали человеческое, в человеке — социальное.

В хорошем обществ? не бывает плохих социальных качеств. Если же они встречаются, это значит, что не все в порядке в "Датском королевстве" и поэтому в нем действие людей, основанное на социальных качествах, дополняется действием людей, основанном на их лич¬ностных возможностях.

Можно ли считать, что становление человека как общественного существа сделало чем-то ненужным, несущественным, низшим, так сказать, пройденным этапом его природные основы? Здесь приходится сталкиваться с двумя крайностями: биологизаторством и абстрактным социологизаторством.

Качественное отличие человека от других живых сушеств кроется в его общественной трудовой деятельности. Его нельзя свести к существу природному—таково возражение биологазаторам.Возражение социологи за торам заключается в том, что человек остается природным существом, он не сводится к функциям своего социального образа жизни. Во-первых, потому, что возможность социолопгзации человека как в истории общества, так и в становлении каждого отдельного индивида задается, как было сказано, определенными предпосылками. Их, стало быть, нельзя утратить. Во-вторых, развитие общественной жизни вступает в противоречия с биологическими возможностями и потребностями чело¬века и может привести к их существенной деформации. Так, сложность человеческой жизни порой приводит к нежелательным последствиям, в частности к психическим заболеваниям. Несовершенство общественных отношений, войны, репрессии уводят из жизни лучших людей, что в результате ухудшает генофонд, наследственность. Этому же способствуют алкоголизм и наркомания. Неконтролируемое развитие производства грозит экатогичесхой катастрофой природе и антропологической — человеку. Радиация, загрязнение воды и атмосферы, отравление химией почвы и произрастающей на ней растительности, несовершенство технологии производственных процессов, постоянные стрессы — все это ведет к непоправимым нарушениям иммунной, сердечно-сосудистой, нервной и иных жизненно важных систем организма человека. Преодолеть эти беды поможет совершенствование общественных отношений и производственных процессов. Это необходимо, но недостаточно. Человек, утративший здоровье, не сможет полностью проявить себя даже в самой совершенной социальной системе. Более того, он никогда не сможет такую систему создать. Поэтому совершенство¬вать социальные условия и биологические возможности человека надо одновременно, обеспечивая их максимальное взаимодействие. Социально ответственный, зрелый гражданин и специалист, здоровый, физически совершенный индивид — необходимое условие нормальной целостной жизни общества.

Итак, единство социального и биологического в человеке ( и как обеспечивающих друг друга средств, и как самоценностей) необходимо, но достаточно ли?